• Объявления

На чанчуньский поезд были только сидячие места. Оказавшись на перроне, мы первым делом принялись искать начальника поезда, но, по правде говоря, не особенно рассчитывали, что он отыщет нам хотя бы одну свободную плацкарту. Реакция начальника на нашу робкую просьбу была несколько неожиданной: «Советских друзей непременно устроим самым лучшим образом». И действительно, не прошло и получаса, как в поезде нашлись свободные полки. Выспаться, впрочем, так и не удалось: в Чанчунь поезд прибывает еще раньше, чем в Шэньян.
Чанчунь — центр провинции Цзилинь. Его название в переводе означает «Долгая весна». Одно время Чанчунь являлся столицей империи Маньчжоу-го. С тех пор характерной чертой архитектурного облика города остались своеобразные постройки в стиле «Азия над Европой»: массивные многоэтажные каменные здания увенчанные китайской загнутой крышей либо башенкой в японском стиле. Одно из зданий такого рода — дворец последнего императора маньчжурской династии Пу И, возведенного японцами на престол Маньчжоу-го. Судьба императора известна и поучительна.
В один из августовских дней 1945 года, когда к Мукдену уже приближалась советская армия, Пу и собирался бежать. Но когда император со своей свитой садились в самолет, на аэродроме приземлилась советская эскадрилья, и император был взят в плен. Около пяти лет он провел в Советском Союзе, впоследствии жил в КНР, работал в ботаническом саду, написал мемуары о своей пресыщенной и однообразной дворцовой жизни. Мемуары эти переведены на русский язык и не лишены интереса для тех, кто изучает эпоху заката императорского Китая. А дворец Пу И сейчас реставрируется, и в скором времени здесь будет музей Пу И.
Чанчунь — промышленный город. Он знаменит первым в Китае автомобильным заводом. Построенный с помощью СССР, он выпускает продукцию с 1953 года. Но нас больше интересовал университет и работающие там специалисты по демографии и философии. Местные материалы по теме нашей стажировки могут оказаться уникальными, так что во всех наших путешествиях мы неизменно следовали принципу: совмещать приятное с полезным.
В университете в первую очередь нам бросается в глаза большое объявление, написанное мелом на школьной доске рядом с массой самых обычных объявлений о расписании занятий, кинофильмах и работе кружков. Это перечень «Правил осуществления плановой рождаемости», утвержденный только что народным правительством провинции. Информация такого рода кажется нам несколько неуместной здесь: ведь студентам в Китае вообще вступать в брак запрещено, в противном случае они будут отчислены из вуза. Впрочем, как знать, может быть, это информация к размышлению на будущее? Пропаганда ограничения рождаемости в Китае поставлена на «широкую ногу». А здесь, в наиболее развитых северо-восточных провинциях, политика «однодетной семьи» оказалась наиболее успешной.
Слух о том, что в университет впервые за много лет приехали русские, очень быстро донесся до факультета иностранных языков, и вот уже по приглашению заведующего кафедрой русского языка мы утопаем в покрытых серыми чехлами креслах в «комнате для приема гостей». Из непременных термосов в наши стаканы то и дело подливают кипяток студенты, окружившие нас плотным кольцом и жадно ловящие каждое наше слово. Ведь для них это первая возможность услышать «настоящую» русскую речь. Контакт устанавливается очень быстро. Каждая удачная шутка или ошибка в речи воспринимаются окружающими дружным смехом. Мы опять чувствуем себя знаменитостями — нас просят оставить на память автографы в блокнотах, книжках, учебниках, тетрадях и обязательно написать какое-либо пожелание. Так принято в Китае. Наиболее смелые (конечно, девушки) договариваются с нами о переписке, и впоследствии уже в Пекине мы действительно получили несколько писем, в которых они делились впечатлениями от нашего посещения, жизненными планами и даже сокровенными переживаниями. В Китае, который еще не захлестнула массовая телефонизация, обмен письмами пока что значит для образованного человека гораздо больше, чем у нас.
Когда мы уже стали изнемогать от рассказов, нас наконец пощадили и отпустили поужинать, пообещав отвезти на вокзал. Ведь сегодня поздно ночью нам надо двигаться дальше на северо-восток. Как следует поужинать, однако, не удалось. Стремясь получить максимум впечатлений, мы разыскали частный корейский ресторанчик, в котором все блюда делаются из собачьего мяса. Оказалось, что собачатина каким-то особенным вкусом не отличается и похожа на жестковатую говядину. Но пища была настолько острой, что справиться с ней мы так и не смогли. Завсегдатаи ресторанчика, к нашему удивлению и зависти, уплетали кушанья совершенно спокойно, а у нас буквально текли слезы. Пришлось заменить ужин беседой с хозяином ресторана. Это типичное семейное предприятие, где работают его жена, дочери и пара наемных рабочих. В Китае на предприятиях индивидуального сектора городской экономики и в сельском хозяйстве разрешен ограниченный — до пяти человек — наем рабочей силы. Хозяин заключил контракт с аналогичным семейным предприятием где-то под Чанчунем, которое выращивает для нужд «общепита» специальные породы собак.

Комментарии закрыты.