• Объявления

Тем временем очередь из паломников и туристов постепенно втягивается в мрачные внутренности храма. Стиснутые со всех сторон, проходим по святым местам. Одной из главных достопримечательностей Джокханга являются многочисленные деревянные колонны, подпирающие второй этаж. Самые большие украшены резными капителями, изображающими листья, другие увенчаны головами драконов, они скрывают под собой талисманы против злых духов и болезней, третий вид колонн имеет на верхушках львиные головы, под ними — талисманы обильной жатвы. В храме много мышей, поскольку во время молений о хорошем урожае вокруг специального алтаря разбрасывают ячменное зерно.
Существует предание, что до 640 года на месте Лхасы плескалось озеро (геологические изыскания подтверждают, кстати, что так оно и было в действительности в доисторические времена). Царь Сронцзангамбо, поддавшись убеждениям жен, пошел к озеру и бросил туда кольцо, чтобы найти счастливое место для будущего города. Кольцо попало в середину озера, и там выдвинулся священный чортен. После этого царь и его народ заполнили озеро камнями — и вот на водном основании явилась Лхаса. В Джокханге есть часовенка, напоминающая об этой легенде. Здесь ежегодно приносят драгоценные приношения водяному дракону, чтобы тот не заставил воды подняться и поглотить город.
А вот и та самая реликвия, благодаря которой храм получил свое наименование. Статую молодого Шакьямуни постоянно охраняют монахи. Это грубо сделанная фигура с выпученными глазами и чувственным лицом. Мы склонны согласиться с английским исследователем А.Уодделем, который считает, что статуя и ее украшения не имеют высоких художественных достоинств. Вот что он пишет в своих заметках: «Идол, сквозивший через сеть с железными кольцами и видневшийся посреди темного света и душной атмосферы ламп, питаемых прогорклым коровьим маслом, больше походил на низкого мошенника в тюрьме или яростного демона в паутине цепей, нежели на образ чистого и простого Будды. Не хватало только оргии кровавых жертвоприношений, чтобы довершить его сходство с дьяволицей Кали». Но вывод А. Уодделя о том, что ламаизм — это испорченная, варварская форма буддизма, представляется нам по меньшей мере неправомерным.

Комментарии закрыты.